За кадром «Охотников за привидениями»: семь попыток собрать один кадр (17 фото)

В «Охотниках за привидениями» 1984 года Нью-Йорк спасали люди с довольно странным оборудованием за спиной. По другую сторону камеры оснащение было не менее занятным: огромная крыша в павильоне, нарисованный город, механические чудовища и человек в зефирном костюме. Архивные фотографии показывают, сколько разных мастерских должно было сработать ради одной комедии.





Павильонная крыша с храмом Гозера. Декорацию спроектировал Джон ДеКуир.

Айван Райтман сразу попросил оператора Ласло Ковача снимать происходящее всерьёз. Обычный яркий свет комедии здесь не годился: зритель должен был поверить в мир, где по библиотеке бродит привидение. Актёры могли шутить, но изображение не должно было заранее подмигивать публике.



Оператор Ласло Ковач.

Съёмки начались в Нью-Йорке осенью 1983-го, затем переместились в Калифорнию. К февралю 1984 года основная работа с актёрами закончилась. До летнего выпуска оставалось совсем немного времени, а команду Ричарда Эдлунда ждали около двухсот кадров с визуальными эффектами. Поэтому раскадровки сразу проверяли на выполнимость: эффектная идея должна была ещё и помещаться в график.





Ричард Эдлунд с 65-миллиметровой камерой. Фото: Virgil Mirano / Columbia Pictures, 1984.

Крышу с храмом Гозера художник Джон ДеКуир построил в павильоне № 16. За ней тянулась панорама Нью-Йорка длиной более 120 метров. Ковач вспоминал, что за окнами нарисованных зданий разместили 7500 ламп: неподвижный задник должен был выглядеть живым городом.



Света требовалось столько, что вокруг павильона работали двенадцать машин с генераторами. Саму комедию снимали на 35-миллиметровую плёнку, а материал для сложных совмещений — на 65-миллиметровую. Оператору приходилось согласовывать освещение сразу для разных камер и будущих призраков.



Сцена нападения на Дану: Сигурни Уивер и механическое существо. Слева — Айван Райтман.



Работа над сценой Рика Мораниса с полноразмерным псом.

У чудовищ тоже не было единственного облика. Рядом с актёрами ставили полноразмерных механических псов, а для отдельных эпизодов снимали маленькие покадровые модели. На фотографиях сохранились и скульптура, и внутренние тяги, и съёмка перед синим фоном. Это разные стадии работы над теми же существами.



Джон Бруно слева; рядом — аниматронная модель.





Большую скульптуру сверяли с уменьшенной моделью.



Внутри — механика управления движениями.



Миниатюрного пса снимали покадрово перед синим фоном.

Манхэттен тем временем переделывали кистью. Мэттью Юричич добавлял этажи нужному зданию и менял окружающий силуэт города. Нарисованная архитектура связывала реальные улицы, павильонные декорации и миниатюры. Нил Крепела снимал эти элементы так, чтобы они затем сошлись в одном изображении.



Нил Крепела снимает миниатюрные здания с управляемым движением камеры.



Слева — ассистент Клинт Палмер, справа — оператор съёмки спецэффектов Билл Нил.



Крепела готовит съёмочную пробу дорисовки.



Мэттью Юричич работает над изображением здания после взрыва в квартире Даны.

Зефирного великана играл Билл Брайан, который участвовал и в изготовлении костюма. Для разных ракурсов существовали разные его варианты; один получил увеличенные руки для работы с перспективой. Походку пришлось подбирать с учётом ускоренной съёмки: на экране фигура должна была обрести вес, а не выглядеть человеком, который торопится в мягком костюме.



Даже готовые части не гарантировали удачного кадра. По воспоминаниям специалиста по оптическому совмещению Марка Варго, проход великана по Бродвею удалось окончательно собрать с седьмой попытки. Мешали усадка промежуточной плёнки, цвет, грязь на масках и маленький прозрачный участок возле колена. На экране остаётся короткий проход. За кадром — целая история того, как его добивались.