Из храма в притон: калифорнийский епископ прокутил миллион долларов прихожан в борделях Мексики (4 фото)
Господа гусары, давненько у нас в ленте не было по-настоящему грешных епископов, так что пришло время наверстать упущенное. История 69-летнего Эммануила Шалеты из Сан-Диего как раз тот случай, когда реальность выдает сюжет покруче любого сериала про «плохих парней» в рясах. 
Пока прихожане несли в церковь сбережения, их духовный лидер, похоже, перепутал обет бедности с безлимитным кредитом. Как сообщает Daily Mail, прелат вел такую двойную жизнь, масштабам которой позавидовали бы рок-звезды.
Следствие установило, что святой отец присвоил более 1,1 миллиона долларов из фондов епархии. Деньги, предназначавшиеся для беженцев и бедных семей, уходили на азартные игры. Шалета регулярно посещал Viejas Casino, где обналичивал церковные средства прямо в банкоматах игровых залов. 
Но настоящей страстью епископа оказалась граница с Мексикой. По данным GPS и банковских выписок, Шалета был VIP-гостем в известном клубе Hong Kong в Тихуане - заведении, которое славится чем угодно, только не чтением псалмов. Записи пограничного контроля подтверждают: епископ наведывался в этот «храм порока» до 12 раз в месяц. По сути, он жил на две страны: днем проводил мессы в Сан-Диего, вечером «исповедовал» сотрудниц мексиканского борделя. 
Развязка наступила в международном аэропорту Сан-Диего. Почувствовав, что запахло жареным, Шалета купил билет до Рима, надеясь укрыться за высокими стенами Ватикана. Однако полиция сработала на опережение: наручники на «заблудшую овцу» надели прямо у гейта, когда он уже готовился к взлету. 
Шалета заявил, что во время расследования, которое, по его словам, проводилось без его ведома, он никогда не «злоупотреблял церковными деньгами». Кутил на свои сбережения.
«Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею?» (1Кор.6,16).
Эта цитата из Писания теперь звучит для Шалеты как приговор. Вместо тихой кельи в Италии его ждет калифорнийская тюрьма и очень долгие объяснения с прокурором о том, как молитвы превратились в фишки казино и счета из мексиканских притонов.
