Невседома

Асуанский карьер. Что случилось с обелиском? (18 фото + 1 видео)

1 апреля 2020
534
0
Архитектурная политика древних египтян была рассчитана не на бессмертие, а на Величие в их настоящем. Архитектура была настолько мощной, что по-сути обрела Бессмертие, которым мы сейчас и восхищаемся. Несмотря на ошибки и неудачи. И Незавершенный обелиск — самый яркий пример.





Народ заселивший долину Нила за пару-тройку тысяч лет до возникновения египетского государства, обрабатывал самые разные породы камня, делая не только инструменты, но посуду и фигуры людей и божеств. За это время оттачивалось мастерство и накапливался опыт и знания. Параллельно, развивались, пусть и не так стремительно, судостроение и судоходство. Когда власть, управляемая религиозными механизмами, полностью централизовалась и подчинила себе все народы долины реки, наступил династический период, в котором самые разные отрасли жизни соединились, что работать исключительно на само государство, во главе которого стоял правитель, провозгласивший себя богом. В наше время это бы называли культом личности. Камнеобработка, архитектура, судостроение стали стремительно развиваться, что не могло не привести к потрясающим результатам, которые мы видим, например в Гизе. Уже в те времена совершались экспедиции в страну Пунт, из Ливана импортировали древесину. С Древнего царства началось широкое использование в архитектуре гранита— магматической породы, кварцитовые минералы которого сияли на солнце, и это не могло не восхищать царей и жрецов. Эпоха пирамид прежде всего знаменита пирамидами, но позднее ввысь устремлялись не храмы и гробницы, а обелиски, прославляющие богов, царя и его деяния. Самый первый огромный гранитный обелиск мы наблюдаем в Гелиополе и принадлежит он царю Среднего царства Сенусерту I. После падения Среднего царства на земли египетские пришла саранча в виде иноземцев, которые подавили государственность и уничтожали культуру. Но благодаря освободительному движению, они были свергнуты и прогнаны прочь и тогда Египет вступил в самый процветающий период своей истории. Могущественные фараоны, среди которых не только воины, но и женщина и еретик, возвышали могущество империи за счет архитектуры. Возводились грандиозные храмы, погребения были полны золота, а ввысь устремлялись каменные иглы!



Весь гранит, который использовали в конструкция пирамид и храмов, бюстов и саркофагов добывался на юге Египта близ острова Элефантина у первых нильских порогов. Сейчас там расположен современный город Асуан, увы, бОльшая часть карьера, имеющему очень древнюю историю, сейчас спрятана под городскими улочками. Здесь добывали блоки для храмов, статуй и саркофагов, вырубали гранитные монолитные обелиски, после чего на больших судах их доставляли в культовые центры. Асуанский гранитный карьер многим знаком по незавершенному обелиску, который так и остался лежать в гранитном ложе, скорее всего, со времен Нового царства.





В карьере хорошо видны ложа от других обелисков и следы выемки массивов камня. Тутмос I и царица Хатшепсут в Карнакском храме установили по паре обелисков. Два из них продолжают упираться в небеса, а фрагменты парных выставлены на территории комплекса. Часть египетских каменных игл, к сожалению, покинули Египет, и значительная — в период Римского владычества. Другие сравнительно недавно: они возвышаются в Америке, Великобритании, Франции и в Турции. Предполагаю, что обелисков было куда больше, обломки одних могут находиться под современными селениями и городами, другие - под глубоким слоем ила на дне Нила, ведь никто не застрахован от происшествий на реке.



Размеры заготовки для будущего обелиска впечатляют, высота около 41 метра, а вес оценивается более чем тысяча тонн. Но мы не знаем сколько бы снялось при финальной обработке, но как бы то ни было, он бы превзошел все египетские обелиски. Никакой информации о том, кто бы мог быть его заказчиком, увы нет, но смею предположить, что скорее всего, период его изготовления можно ограничить временем правления царицы Хатшепсут и царем-еретиком Эхнатоном.



Ошибки при изготовлении асуанского обелиска могли заключаться в неверной геологоразведке, а египтянам, которые уже не одну сотню лет работали с камнем, им она была необходима. Шурфы, которые мы видим это и есть разведочные колодцы, чтобы определить пласты гранита. Пусть вас не удивляет, что на их создание уходили значительные ресурсы, но возведение обелисков, прославляющих богов и царей, было важной стратегией государства, в котором религия играла главенствующую роль.



Это было катастрофой для заказчика, а значит, по сути и для всей страны, ведь фараон был богом для народа, был гарантом успешности государства. Вероятно, что память об этом казусе решили стереть из истории, а место, не карьер, а сам обелиск, стало проклятым, и если были попытки его разделить на более меньшие формы, то они были в достаточно поздние периоды, и явно не удачные.



В арабское владычество он был полностью занесен песком и над ним располагалось мусульманское кладбище, пока случайно в 20 годах прошлого века не увидели выступающие древности. Король Ахмед Фуад I лично посетил карьер и приказал очистить его, сделав пригодным для исследования и посещения.



Увлекавшийся древнеегипетской культурой английский инженер Реджинальд Энгельбах на многих раскопках сотрудничал с сэром Флиндерс Питри в качестве помощника. Работал инспектором на археологических территориях. Позднее в Каирском музее трудился над составлением реестра музейных экспонатов. Направленный для изучения нового памятника, он измерил, зарисовал, сфотографировал и задокументировал обелиск, что легло, в том числе, и в основу двух его книжек об обелисках.



Естественно, он не мог не озадачиться технологией их создания. В карьере было найдено много инструментов рабочих – молотов из долерита, который гораздо прочнее гранита. Энгельбах стал экспериментировать с долблением асуанского гранита. Он измерял выработанные объемы, и каждый раз за час работы долеритовым молотом, у него получалось надробить до 223 кубических сантиметров гранита. Следует учитывать, что он не был профессионалом в камнеобработке, и египтянин Нового царства со стажем, за тот же час, конечно же, выработал бы больше. Подобными экспериментами занимались многие, и египтолог Марк Ленер, и изучавший всю жизнь добычу, транспортировку и обработку камня в Римской империи Ёзеф Рёдер.



Даже мне довелось подробить каменным молотом гранит при опытах проекта «Антропогенез.ру». Такая работа, конечно интересна, и, несмотря на довольно кратковременное участие, я сделал определенные выводы: работа молотом бОльшего веса результативнее, но им сложнее управлять. Нужно подхватывать камень так, чтоб не мешала отдача от удара, важно не уметь прилагать огромные усилия, а научиться ловить отскакивающий как мяч молот, добавлять в нужный момент порцию энергии рук, одновременно корректируя траекторию молота и поворачивая его при необходимости, направляя инструмент наиболее выступающей частью в нужное место. Благодаря тому, что процесс длителен, удаётся добиться хорошей ровной поверхности: есть время на корректировку ошибок. Можно смачивать обрабатываемый камень водой, чтоб лучше были видны следы от попадания молота, а также для усиления эффекта долбления. Как сейчас граждане приходят в контору или на завод, выполнять монотонную работу, в чёт-то тяжелую, в чём-то скучную. Так же и древний рядовой рабочий ходил на работу, долбил камнем другой камень и получал за это пропитание, крышу над головой и одежду. Экстраполируя данные экспериментов разных лет, можно сделать вывод, что выемка материала, в данном случае из траншей вокруг обелиска, путем дробления долеритовыми молотами каждый рабочий день сменными бригадами рабочих, заняла бы около трех лет. Даже если над полным созданием обелиска работали бы 5-10-15 лет, это все равно укладывается в контекст сроков и затрат в эпоху могущества египетской империи, в которой архитектура, играла важнейшую роль.



Для примера, 19-тонная царь-Ваза, которая сейчас находится в Эрмитаже, создана из более твердого материала- яшмы, и над ее изготовлением от и до, то есть от карьера и со всеми транспортировками, трудились 19 лет. И вроде, можно сказать, зачем столько усилий, для чего? Ну стоит в музее. Тем не менее, даже она является одним из государственных символов Алтайского края. Так и Древний Египет мега-символичен. Каждый храм, это храм с большой буквы, а каждый обелиск восхваляет до небес мощь фараона, которому благоволят боги и который несет ответственность за свои земли. Именно поэтому ресурсов не жалели, и для геологоразведки — тоже, и мало того, это было в порядке вещей.



Конечно же, было бы замечательно, если бы самый высокий Древнего мира обелиск сейчас пронзал своей сверкающей кварцем вершиной небо древних Фив, но… из-за случайной и в свое время до невозможности досадной трещине, он остался лежать в родном карьере и не стал менее интересен для исследователей. Почему же одни обелиски устремились ввысь, а другие остались лежать в каменном ложе карьера? Чтобы картина была полной, надо немного понимать структуру каменных массивов Асуана, которые формировались в течении очень долгого времени и представляют собой неоднородную геологическую породу. Смешанность гранитных пород с различными характеристиками и особенностями формирования привели к образованию интрузивных слоев. Часть из них оказались трещиноватыми, сравнительно рыхлыми и хрупкими. Другую часть представляет плотный и прочный розовый гранит. В основном слои каменоломни ориентированы на северо-восток. Наряду с вертикально залегающими массивами, чётко просматриваются и горизонтальные пласты с ярко выраженными различиями в составе гранитов. Древние инженеры, а иначе их назвать не получается, умели определять границы залегающих пластов.



В ходе геологической разведки прорубали шурфы, чтобы заглянуть под массив будущего творения и исследовать слои породы для определения глубины цельности и прочности массива. Многочисленные шахты проделаны в районе, как самого обелиска, так и в прилегающих территориях. После проведения первичных разведывательных работ в пределах 45-метрового гранитного плотного слоя, между более хрупкими, было выбрано место для создания монумента. Мы видим, что древние основательно подходили к созданию обелисков, но не все можно было учесть.



«Файр-сеттинг» — термин, принятый в англоязычных странах для обозначения способа измельчения твёрдых каменных пород, суть которого в том, что для особых видов работ, использовали попеременно нагрев с помощью огня и охлаждение водой. Составляющие гранит компоненты, главные из которых – кварц, полевой шпат и биотит, имеют разные коэффициенты температурного расширения и, поэтому, в процессе разогрева отрываются друг от друга и сдвигаются. А при быстром охлаждении они, сжимаясь, снова сдвигаются друг относительно друга. От этих температурных воздействий нарушается целостность гранита. В результате обрабатываемая поверхность трескалась, и была в несколько раз податливее для выборки. Такой метод применялся для предварительного выравнивания гранитной поверхности под разметку будущего изделия; для более быстрого определения, куда направляются трещины в массиве поблизости от места вырубки большой заготовки, для более грубой и быстрой выборки материала. Но рассматривая асуанский обелиск, надо учитывать, что именно к данным траншеям вокруг него такой метод не применялся, по-крайней мере, не найдено следов.



Проделав очень сложную и длительную работу по заготовке монумента и сопутствующей инфраструктуры, связанной с подводом вод реки в бассейн карьера с последующей целью извлечения обелиска из гранитного ложа и погрузки его на баржу, что-то пошло не так… Район Асуана, что так же не маловажно, был и остается подвержен сейсмическим воздействиям, что вполне могло сыграть свою роль на момент карьерных работ по созданию обелиска. Спустя столько веков мы не можем дать однозначного ответа, что именно сыграло роковую роль – землетрясение или геологическая природа гранитного массива на территории у обелиска. Но после длительного периода работ появилась трещина, которую пытались остановить, применяя «скобы», следы которых мы наблюдаем по всей ее длине. Это не помогло и на проекте по созданию монумента поставили точку. Собирая по крупицами мозаику асуанского карьера, понимая, что все фрагменты нам не собрать, мы примерно видим картину многократного величия и некоторых неудачи древнеегипетских мастеров по выработке огромных каменных массивов.



Некоторые обелиски покинули территорию Египта. В 1829 году вице-король Египта Мухаммед Али подарил Франции два луксорских обелиска. Через три года корвет "Сфинкс" и баржа "Луксор" прибыли в Египет. 90 тысяч кубометров песка было перемещено, чтобы очистить и подготовить территорию. Потребовалось три недели, чтобы при помощи канатов опустить каменный вертел на землю. Еще столько же, чтобы дотащить до реки, где его ждали суда.



До разлива реки обелиск укрепили на барже, из-за чудовищного веса камня корабль едва возвышался над водой, а когда Нил стал достаточно полноводным, потоки воды несли корабли к Средиземному морю. И лишь через 4 года при помощи специальных подъемных машин обелиск возвели на площади согласия в Париже. Перевозка гранитного гиганта Рамсеса обошлась Франции в два миллиона золотых франков. Французский президент Франсуа Миттеран в прошлом веке официально адресовал египетскому правительству отказ от второго подаренного обелиска.



Надо понимать, что египтяне очень ответственно, пусть и с ошибками, относились к своей архитектуре, которая была очень важной частью египетского общества, на которую тратили огромнейшее ресурсы, как человеческие так и финансовые. И в которой были катастрофы и трагедии. Не то чтобы архитектурная политика древних египтян была рассчитана на бессмертие, она нацелена была на величие в их настоящем и была настолько мощной, что по сути, обрела бессмертие, которым мы сейчас и восхищаемся.

+3
Добавьте свой комментарий
  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry
    wassatbig_smile1wink
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Комментарии Facebook
Возможно Вам будет интересно

Написать нам / Contact Us

www.nevsedoma.com.ua

Невседома © 2006 - 2020
  • Сделано в Украине
Регистрация